На Главную  
Федерация Независимых Профсоюзов России - официальный сайт
   
 
Программа   Устав   Членские организации   История   Персоналии   Контакты   Друзья и партнеры
 
 
Профсоюз помог    
 
Погибшего в лифте механика «воскресили», чтобы уйти от ответственности
15.06.2020  

История о том, как работодатели порой пускаются во все тяжкие, чтобы уйти от ответственности, и как профсоюзные юристы добились восстановления справедливости.

Вы верите в существование зомби? Поверите ли вы в то, что, например, лифт в подъезде типовой московской многоэтажки, на котором вы каждый день спускаетесь и поднимаетесь, чинит настоящий «живой мертвец»? Вот и нам в такое верится с трудом. Однако работодатели порой придумывают фантастические версии, лишь бы не признавать гибель сотрудника несчастным случаем на производстве. И как грустно, что столичная Фемида может уверовать в то, что обычный московский электромонтер сначала рано утром отдал богу душу дома, потом ожил... и отправился ремонтировать лифты.

Это было обычное задание

14 ноября 2014 года 66-летний электромеханик лифтовой компании Александр Рыбин, как обычно, в половине восьмого утра вышел на работу. Ровно в восемь заглянул в диспетчерскую на проезде Одоевского, где узнал, что в одном из домов на той же улице не работал пассажирский лифт. Рыбин расписался в журнале диспетчера и отправился на место. Отремонтировал подъемник и сразу ринулся на новое задание — вызволять застрявшего пассажира, уже по другому адресу. Дежурившая в то утро диспетчер Тамара Климова не волновалась: Рыбин — сотрудник опытный, почти 29 лет занимается ремонтом лифтов. За все годы работы никаких нареканий от начальства не имел. Всегда опрятен, трудолюбив. Ни разу за столько лет не был замечен на работе под градусом или даже с малейшим запахом алкоголя. В общем, профи высокого уровня, технарь старой закалки. На седьмом десятке исправно выполнял свои обязанности и никогда не роптал — мол, много работы. Так что стоило Рыбину отчитаться об успешном вызволении застрявшего в лифте бедолаги, диспетчер тут же выдала лифтеру очередное задание...

Из материалов уголовного дела:

«Примерно в 10.45 диспетчер напомнила Рыбину, что с четырех часов утра по адресу: проезд Одоевского, дом 7, корп. 2, встал лифт. Рыбин сказал, что займется этим, и диспетчер предложила ему зайти в диспетчерскую (Одоевского, 7), чтобы взять ключи от машинного отделения, так как с собой ключей у Рыбина не было. Однако Рыбин сказал, что разберется сам. Далее он, не заходя в диспетчерскую, пошел по вышеуказанному адресу. Больше на связь с диспетчером Рыбин не выходил».

Что происходило в промежуток времени с 10.45 до полудня, позже восстановит практически по минутам специальная комиссия. Последней, кто видел Александра Рыбина живым, оказалась жительница дома, в котором механик чинил злополучный лифт.

Из материалов уголовного дела:

«Примерно в 12 часов в диспетчерскую забежала женщина и сказала, что увидела на первом этаже у лифта мужчину, с которым «что-то произошло. Он сидел, свесив ноги в шахту, и хрипел». Диспетчер вызвала «скорую помощь», МЧС и доложила в центральную диспетчерскую компании о случившемся. К моменту приезда медиков и спасателей Александр Рыбин был уже мертв. На его теле врачи обнаружили характерные «электрометки». Казалось, причина трагедии очевидна — монтажник получил мощный удар током, который не смог пережить. Никакого вроде бы криминала, обычный несчастный случай на производстве.

«Опасные производственные факторы отсутствуют»

— По закону любой эпизод производственного травматизма порождает цепочку юридических последствий, крайне неприятных для работодателя, — объяснил юрист Юрий Осипов. — Работодатель сталкивается с чередой проверок от Роструда, прокуратуры, технических комиссий, проводится расследование. Надо быть полностью уверенным в отсутствии малейших нарушений или иметь изрядное мужество, чтобы не попытаться скрыть истинные причины трагедии. И дело не только в репутации компании и возможных штрафах от государства. Родственники погибшего или раненого в результате несчастного случая на производстве по закону получают право на компенсацию.

Специальная комиссия по горячим следам провела техническое расследование причин происшествия и... ничего не нашла. Лифт оказался полностью исправен.

Из заключения комиссии:

«Грузопассажирский лифт 1981 года выпуска, изготовитель — Карачаровский механический завод. В марте 2006 года проведена модернизация — замена кабины, системы управления, купе кабины, тяговых канатов, ограничителя скорости. Техническое освидетельствование проведено 15 апреля 2014 года специалистами ООО «Аврора», эксплуатация разрешена до апреля 2015 года. В сентябре 2010 года лифт прошел экспертизу промышленной безопасности. Срок службы продлен до 2031 года».

Более того, следователи осмотрели машинное помещение, где находятся системы управления подъемником. Вводное устройство лифта, которое отвечает за его работоспособность, находилось в выключенном состоянии. Заключение комиссии ни на йоту не приблизило к пониманию причин трагедии: «Опасные и вредные производственные факторы отсутствуют».

В итоге все, что случилось на лифтовой площадке первого этажа в период с 10.45 до 12.00 14 ноября, перешло в категорию рассуждений, слухов и догадок.

Из показаний сотрудника лифтовой компании Виктора Маркелова:

«Я не могу предположить, что произошло с Рыбиным. Но могу сказать, что в данном случае — когда лифт в доме остановился, — он должен был в первую очередь взять ключи от машинного отделения, подняться в него и через контроллер определить неполадку. Возможно, Рыбин, основываясь на своем многолетнем опыте, не захотел возвращаться за ключами в диспетчерскую и подниматься в машинное отделение, а решил справиться с проблемой вручную, но это только предположение. Также хочу пояснить, что в лифтовой шахте на первом этаже расположена кнопка выключения лифта, которая выполнена так, что ее можно нажать, не спускаясь прямо в шахту, и таким образом обезопасить себя при проведении каких-либо работ. Чтобы включить лифт, кнопку нужно не нажать, а отжать. Это исключает случайное срабатывание кнопки на включение. На момент, когда я прибыл на место, кнопка была в положении «включено». То есть Рыбин, по всей видимости, не стал выключать лифт».

«Умер — ожил — снова умер»

Из заключения судмедэкспертизы: «Судебно-медицинский диагноз. Основное заболевание — электротравма. Осложнения — венозное полнокровие внутренних органов. Отек легких. Отек мозга. Кровоизлияния в корень языка, в надгортанник, начальные отделы пищевода, под легочную плевру и в мягкие ткани головы, в слизистую оболочку желудка».

Какие тут могут быть варианты у работодателя? Признать несчастный случай на производстве. В конце концов, любая работа с электричеством подразумевает риск: «не влезай — убьет». Поэтому все сотрудники, работающие с током, обязаны иметь специальный допуск и пройти необходимое обучение и подготовку. Да и можно ли предположить, что фирма затеет баталию с родственниками погибшего работяги, который проработал у них больше 10 лет? Оказалось, вполне можно. Фирма категорически отказалась признавать факт несчастного случая на производстве. Более того, компания заявила, что Александр Рыбин умер... за несколько часов до того, как пришел на работу.

Повернуть ситуацию в свою пользу фирме удалось благодаря тому, что в заключении судмедэкспертизы ни слова нет о том, во сколько произошел удар током. Скорее всего, для экспертов Бюро МСЭ этот момент было очевидным. Не было там ответа еще на один важный вопрос — откуда именно работник получил удар током.

Из-за этих мелких, казалось бы, пробелов родилось еще одно заключение — частного эксперта Александра Пекониди. В документах перечислены его регалии: хирург, судмедэксперт, стаж свыше 15 лет. Компания-работодатель попросила доктора Пекониди ответить всего на три простых вопроса: Что явилось источником поражения электрическим током пострадавшего — техническое электричество, внешние источники, неисправный электроинструмент? Каково вероятное время получения электротравмы? Явилось ли поражение током причиной смерти пострадавшего?

Из заключения частного эксперта Пекониди:

«Источником поражения мог стать любой проводник или источник электричества, содержащий в своем составе медь и железо. Точнее об источнике поражения высказаться не представляется возможным. Время поражения током может охватывать 6–8 часов от момента наступления смерти. То есть электротравма могла быть получена Рыбиным ориентировочно в период с 3–4 до 11–12 часов 14 ноября 2014 года. Поражение током состоит в прямой причинной связи со смертью».

«Прерванная смерть»

Вооружившись заключением частного специалиста, работодатель отправился в Измайловский суд Москвы. Туда подала иск вдова погибшего лифтера Елена Щепетова. Женщина просила суд признать смерть мужа несчастным случаем на производстве и обязать работодателя составить специальный акт по форме Н-1. Этот документ является ключевым в каждом эпизоде с «рабочими» травмами или смертями. Он служит основанием для выплат родственникам погибших. Это единовременная страховая выплата — один миллион рублей — и ежемесячная страховая выплата в размере заработка погибшего. Нет акта — нет денег.

В суд представители ответчика пришли с, казалось бы, совершенно фантастической версией. На заседании представитель работодателя заявил, что Александр Рыбин якобы получил удар током дома от электробритвы. Вроде бы умер, но... не до конца. Пришел в себя, отправился на работу. Починил один лифт, вытащил застрявшего гражданина из второго. Но на третьем задании ему, видимо, совсем поплохело — и он умер окончательно.

Каково? Однако суд поверил в версию и отказал Елене Щепетовой в иске. Конечно, не стоит списывать такой итог исключительно на поразительную доверчивость столичной Фемиды. Дело в том, что в медицине действительно есть довольно пугающий термин — «прерванная смерть». Только вот штука это настолько загадочная, что даже попытки загуглить ее ни к чему не приводят. Да, феномен прерванной смерти существует. Да, встречается при электротравмах. Упоминание о нем есть и в пособии для криминалистов.

— Феномен прерванной смерти известен медицинским работникам, — рассказал врач-патологоанатом Игорь Быстров. — Речь здесь может идти о том, что человек после удара током ненадолго приходит в себя, после чего наступает смерть. В лучшем случае у него хватит сил, чтобы вызвать «скорую», и то вряд ли. Говорить о том, что пострадавший после контакта со смертельно опасным напряжением отправится по делам и будет несколько часов заниматься активной деятельностью, — это уже нечто из историй про зомби.

Несостоятельной, по мнению врачей, оказалась и версия про удар током от электробритвы. «Невозможно получить описанные в результатах вскрытия повреждения и осложнения (отек легких и отек мозга. — Прим. авт.) из-за удара током от бытового электроприбора, — уверен Быстров. — Нет таких электробритв».

Последней каплей, которая окончательно передвинула принятую судом первой инстанции версию работодателя на полку с научно-фантастическим чтивом, стало заявление Елены Щепетовой. По словам вдовы, ее супруг электробритвой никогда не пользовался. И никакой электробритвы в их доме никогда не было. Решение суда, состоявшееся в августе прошлого года, заставило истицу пойти за помощью к людям, которые в советское время были главной грозой всех начальников, — к профсоюзникам.

— Техническая инспекция труда Московской федерации профсоюзов (МФП) выразила сомнение итогами расследования несчастного случая и направила письмо в адрес руководителей МТУ Ростехнадзора и работодателя с просьбой обосновать принятое ими решение. Однако полученные ответы не внесли ясность в обстоятельства и причины несчастного случая, — рассказал главный технический инспектор труда МФП Анатолий Захаренков. — Руководитель Государственной инспекции труда по Москве отметила, что полученные результаты не дают исчерпывающего ответа, а дополнительные результаты могут быть получены только по запросам судебных органов.

Как рассказали в МФП, ревизоры столичного управления Роструда даже лично встречались с руководством лифтовой компании. Но фирма и после этого наотрез отказалась признавать гибель Рыбина несчастным случаем. Бывалые эксперты по защите прав трудящихся от поведения крупной уважаемой компании были в шоке. Ревизоры федерации профсоюзов признались, что раньше сами ставили лифтовиков в пример другим компаниям. А тут такое...

Профсоюзы пошли ва-банк и обратились в Черемушкинскую межрайонную прокуратуру. Видимо, прокурорам история про «лифтера-зомби» тоже показалась странной и сомнительной. Правоохранители дали судмедэкспертам задание провести дополнительное исследование и установить точное время трагедии.

— Согласно полученному заключению, телесные повреждения Рыбина образовались в результате воздействия технического электричества в течение короткого промежутка времени, не более десятков минут до смерти пострадавшего, — поведал Анатолий Захаренков. Этот ответ сыграл решающую роль и в апелляции развалил теорию лифтовой конторы о «воскрешении» монтера. Раз дело в десятках минут, значит, в любом случае Александр Рыбин в момент удара током был на работе.

Судебная коллегия Мосгорсуда пересмотрела дело и полностью удовлетворила требования вдовы Елены Щепетовой. Но до полной победы женщине пока далеко. Акт о несчастном случае на производстве компания пока так и не подписала — только на его основании она сможет получить миллион рублей законной компенсации, и трудовые права погибшего работника Александра Рыбина будут защищены. Но врачи и профсоюзные юристы, которым довелось заглянуть в это дело, мрачно шутят: «Лучше бы в тот день прогулял».

Московская Федерация профсоюзов

Распечатать | Комментировать | Послать текст по почте


 
 
 


























Профсоюз помог
Другие примеры



Поиск по сайту:
Расширенный поиск

 
     
©
Федерация Независимых Профсоюзов России, 1991-2020г.
    Рейтинг@Mail.ru